Из небытия - Анастасия Шадрина

Она с грустью посмотрела вдаль, за пределы видимого. Ветер, играя с её волосами, уносил мысли далеко отсюда.

– Может… я просто не хочу становиться тем, кого ты видишь во мне, – тихо сказала она. – Не хочу воспринимать всё, как расходный материал.

Эйдан медленно подъехал ближе, его тёмный силуэт стал частью ночного пейзажа. Теперь он мог видеть её лицо: усталое, замкнутое, полное внутренней борьбы.

– Тогда ты не выживешь в этом мире. Эта реальность требует жертв, и если ты будешь мягкой, она тебя просто раздавит. Не сопротивляйся тому, кто ты есть на самом деле.

– Откуда ты знаешь кто я есть? – раздраженно спросила она, посмотрев ему в глаза.

– Ты была одной из сильнейших магов и владела определенной властью. Иной ты быть не могла.

– Не говори того, чего не понимаешь, – фыркнула девушка.

– Я прожил достаточно, чтобы понимать людей, – спокойно отозвался Эйдан. – Ты не исключение.

Ирис резко повернулась к нему, в её глазах вспыхнуло недовольство.

– Меня раздражает твоя самоуверенность.

– Тебе просто не нравится правда.

– Ты невозможен! – огрызнулась Ирис. – Знаешь, да, ты не познаешь смерти, но также никогда не сможешь по-настоящему понять, что значит жизнь. Я вкусила смерть сполна. Я была там – в той темноте, в пустоте, где не было ни времени, ни смысла…

Эйдан тихо ухмыльнулся, но в его взгляде мелькнуло нечто иное – тень печали.

– Забавно, – произнёс он, – кто-то чувствует то же самое и при жизни. Может ли он уже считаться мёртвым?

Тишина повисла между ними. Ирис развернулась и сухо произнесла:

– На этом закончим нашу прогулку. Доброй ночи.

Не дожидаясь ответа, она тронула поводья, и Дэя мягко пошла вперёд, унося её в темноту ночной дороги. Эйдан остался стоять, наблюдая за её исчезающим силуэтом.

Он медленно опустил руку и, погладив гриву своего коня, пробормотал:

– Поехали, проводим её…

Сладкий привкус истины

На следующее утро Ирис проснулась от резкой, тянущей боли внизу живота. Лицо её исказилось, пальцы судорожно сжали край простыни. Она инстинктивно прижала руку книзу, туда, где жгло и ныло, пытаясь унять нарастающий спазм. Откинув одеяло, она заметила красный след на простыне и, сделав глубокий вдох, встала с кровати.

– Проклятие, – прошептала она себе под нос.

Ирис подошла к комоду Генриетты, взгляд её упал на старый деревянный ящик, украшенный резными узорами. Она открыла его и сразу же наткнулась на несколько сложенных тканей. Сжав губы от раздражения, она принялась за работу, держа в руках ткань, которая должна была стать временным решением. Ирис невольно усмехнулась, подумав о ночной прогулке. Скорее всего, езда на лошади и повлияла на уровень боли, которая не давала покоя. Девушка, не сдержавшись, прокляла момент, когда Эйдан предложил ей эту затею. В голове возникли несколько ярких и, мягко говоря, не самых приятных слов, которые она бы с удовольствием сказала ему в лицо. Впрочем, как только Ирис проговорила их про себя, то стало чуть легче.

Когда она закончила, то решила, что единственное, чего хочет сегодня, – это остаться в покоях, укутаться в тёплое одеяло и на время забыть о существовании внешнего мира. Ирис коротко дёрнула за колокольчик, вызывая служанку, и, когда та появилась, спокойно попросила принести ей что-нибудь поесть. Спустя полчаса на столе уже стоял поднос, на нём были: глиняная миска с наваристым мясным рагу, пшеничная лепёшка, пара ломтей сыра и запечённое яблоко, с которого всё ещё поднимался пар. Ирис, едва учуяв насыщенный запах тушёной говядины, сморщилась от резкого всплеска тошноты. Она поспешно отвернулась, зажала ладонью нос и глубоко вдохнула через рот, стараясь унять подступающее недомогание.

– Просто чудесно, – пробормотала она.

Ирис, шатко приподнявшись, открыла окно, чтобы впустить утреннюю прохладу. Лёгкий ветерок быстро наполнил комнату свежестью. В этот момент дверь с приглушенным звуком распахнулась, и в комнату вошла Луиза. Заметив алое пятно на ночнушке Ирис, принцесса мгновенно смутилась.

– Ох, прости, я не вовремя, – быстро сказала она, сделав шаг назад.

Ирис, почувствовав себя неловко, махнула рукой, стараясь не показывать смятения:

– Всё в порядке, заходи, – сказала она и поспешно легла в кровать, укрывшись одеялом.

Луиза, повернувшись к служанке и коротко приказала:

– Позови Анику.

Та покорно поклонилась и поспешила за дверь. Ирис мягко покачала головой, едва заметно улыбаясь Луизе.

– Не нужно было, – сказала она с утомлёнными нотками в голосе.

Принцесса подошла ближе к кровати, её тонкие брови слегка сошлись на переносице.

– Что-то не так? Ты ведь всегда прибегала к помощи лекаря, чтобы уменьшить боль.

Ирис взглянула на неё и, немного вздохнув, ответила:

– Сейчас я как-нибудь бы справилась…

Вглядевшись, девушка заметила нечто, что не укрылось от её внимания. Луиза стояла поникшая, её лицо казалось бледным и уставшим, а под глазами легли тёмные тени. В её взгляде отражалось тревожное, скрываемое беспокойство.

– Луиза, – голос Ирис стал мягким и озабоченным, – всё в порядке?

Принцесса села на край кровати и прошлась ладонью по своему лицу, пытаясь снять с себя тяжесть последних событий.

– Ты знаешь, что вчера произошло? – спросила она.

– Да… – Ирис кивнула. – Эйдан посвятил меня в курс дела.

Луиза тяжело вздохнула и отвела взгляд. Её лицо стало ещё более мрачным.

– Всё это свалилось слишком внезапно, – тихо произнесла она. – Отец заперся в своих покоях и не выходит… Я не знаю, что делать. Если сейчас выступить против Вечности Света, всё может обернуться гражданской войной…

Ирис, сохраняя внешнее спокойствие, внимательно посмотрела на принцессу. Медленно выпрямившись, она протянула руку и мягко сжала её пальцы, стараясь передать уверенность, которой той не хватало.

– Ты не одна, Луиза. Мы всё преодолеем. Понимаю, что ситуация сложная, но паника не поможет. Нужно сохранять ясность ума, чтобы принимать верные решения.

Она потянулась вперёд, заключая Луизу в объятия. Принцесса не сразу откликнулась, но спустя миг её руки обвили Ирис в ответ. Она крепко прижалась к ней, закрыв глаза. На её лице отразилось облегчение.

– Ты права, Генриетта, – сказала Луиза чуть отстранившись. – Ты и правда изменилась… Стала спокойнее, рассудительнее. Пожалуй, встреча с магом пошла тебе на пользу, – добавила она с тёплой улыбкой.

Ирис вскинула брови и усмехнулась.

– А он тут при чём? – спросила она, закатывая глаза. – Люди меняются не из-за кого-то другого, а потому что сами решают, что пришло время стать тем, кем они на самом деле являются. Всё остальное, лишь обстоятельства, которые подталкивают их к этому.

В тот момент, когда разговор между Ирис и Луизой стал затихать, в комнату постучали. Стук был не громкий, но чёткий. Девушки переглянулись.

– Войдите, – откликнулась Ирис.

Дверь приоткрылась, и на пороге появилась Аника. На ней была её привычная белая рубаха из лёгкой ткани, не сковывающая движений, с аккуратно заправленным фартуком, который был немного поношен, но всё же тщательно выстиран. Её коричневая юбка, доходившая до щиколоток, мягко шелестела при каждом шаге. Королевский лекарь склонилась в глубоком поклоне.

– Ваше Высочество. Леди Генриетта, – произнесла она с уважением, не поднимая головы.

В её руках был изящный стеклянный флакон с плотной пробкой. Внутри переливалась оранжевая жидкость, густая, как сваренный мёд.

– Я принесла отвар. Он должен унять боль, – добавила она, подходя ближе.

– Спасибо, – произнесла Ирис и потянулась за флаконом.

Их пальцы соприкоснулись на мгновение, но этого оказалось достаточно. Мир словно вздрогнул. В груди Ирис что-то глухо дёрнулось. Из глубины её тела поднялась тонкая дрожь. Она ощутила, как сквозь неё прошёл мягкий импульс магической энергии. Тёплый и в то же время плотный. Сила Аники была глубоко спрятанной и сдержанной, но это не помешало её уловить. В тот же миг она увидела, как изменилось лицо лекаря. Лоб Аники едва заметно нахмурился, а взгляд стал внимательным. Она тоже почувствовала